Мальвазия в интерьерах Мадейры.

Мальвазия в интерьерах Мадейры.

Мадейра - это остров. Мадера - это напиток, один из главных козырей острова. А вот еще другие: здесь нет большой влажности, не бывает сильной жары, нет комаров и зловредных мошек, а есть гармония, удивительная природа и океан. В общем, стоит слетать.


Автор: Наталья Пальчева

Статья: Мальвазия в интерьерах Мадейры.

Сайт: Виртуальная Европа

Сокровища Мадейры


Хотите верьте, хотите нет, но ученые всерьез обсуждают версию о том, что Мадейра - это обломок Атлантиды. Уже 35 миллионов лет плывет в океане этот вулканический остров, а открыли его совсем «недавно», в 1418 году. После долгих дней пути португальцы подплыли к острову, но высадиться на него не смогли из-за чрезвычайно густого леса. Обойдя весь остров и вернувшись к тому же месту, португальцы призадумались, назвали мыс, к которому они снова приплыли, «Жирау», т. е. «поворот», а остров - «Мадейра», что означает «дерево» (очень много было лесов), кинули горящую головешку и уплыли открывать новые земли. Время было такое - большая часть мужского населения страны открывала новые земли, а потом или сказочно богатела, или умирала в нищете, или съедалась туземцами.
Через 7 лет португальцы вернулись. Лес выгорел только частично, большая его часть осталась на радость всему прогрессивному человечеству, которое в XIX веке обнаружило, что это тот самый лес, лаурисильва, который покрывал Европу доледникового периода, -динозавр, доживший до наших времен.
Товаром, шедшим на ура в XV веке, был сахар, и вскоре после открытия на Мадейру завезли сахарный тростник и виноградные лозы. Товар - деньги - товар, остров богател. Фламандцы отдавали за сахар свою фламандскую живопись. А Христофор Колумб, живший некоторое время на Мадейре, был одним из первых сахарных негоциантов. Об этом я узнала случайно, мадерьянцы больше любят рассказывать, что здесь он женился (почему-то не говорят - влюбился) на дочери губернатора соседнего острова Порту Сайту и прожил, «ловя день», несколько лет на этом маленьком острове.
Сладкая жизнь Мадейры закончилась, когда португальцы открыли Бразилию и сахарный рай переместился туда. В XVI веке на острове появились банановые заросли. Неужели в то время так уж нужны были кому-нибудь бананы? А после бананов мадерьянцы-ботаники засадили свою землю всеми экзотическими растениями с вкусными названиями: ананасы, маракуйя, гуайява, авокадо, какао, манго, кешью, папайя, дыня - я могу еще долго перечислять.
Здесь будет город-сад
Не только о насыщении желудка и о выгоде думали мадерьянцы, когда засаживали остров цветами из Африки, Латинской Америки, Европы. Орхидеи, бугенвиллеи, лилии, гортензии, магнолии, жакаранда, азалии и эстрелиции благоухают здесь круглый год.
Как событие в жизни вспоминаю мое сидение в ресторанчике «Эспланада У Лагу» (Esplana O Lago) в Фуншале под оранжевым тюльпановым деревом. Листьев не было видно, одни цветы - огромные, с ладонь, в форме колокольчиков, на концах лепестки, загибающиеся, как ресницы, и с огромными фрейдистскими пестиками. Ощущение, как от Эрмитажа и Лувра вместе взятых. От меню мне стало плохо - таким здоровьем и витаминами повеяло, что я заказала пиво «Коралл»: мадерьянцы готовят его на своей чистейшей воде, и вы не поверите, но немцы здесь пьют только его, предпочитая всем своим сортам. Чтобы не так резко начать оздоровляться, я пила пиво и с интересом читала меню, в котором можно было ткнуть пальцем в любой из 18 экзотических фруктов, и через 5 минут передо мной бы стоял свежий сок. Причем на каждый фрукт было написано досье. Папайя оказалась битком набита фосфором, углеводами, кальцием, железом и витаминами А, В и С и была великолепным профилактическим средством против язвы желудка, диабета и неправильного обмена веществ. Прочитав меню, я заказала еще одно пиво...
И вот представьте себе лицо острова: горы под две тысячи метров самой замысловатой формы, облака, конечно, клубятся под ногами. Я видела облака, которые, мешая друг другу, просачивались медленно через горы с севера на юг, как какой-нибудь волшебный туман. Грифы зависают над страшной глубины пропастями, реликтовые леса покрывают горы, чуть ниже - эвкалиптовые леса, дальше идут банановые плантации и виноградники, ботанический сад с огромными кактусами, цветущими гигантскими белыми цветами, и все это сверху обрушивается в океан. Океан... Такое же мистическое слово, как и имя острова. Чем отличается океан от моря? Тем, что он океан.
И когда я все это увидела, то чуть не заплакала от красоты и гармонии, а мне говорят: напиши посмешнее. И еще две простые мысли растревожили меня: что я такого хорошего совершила, что оказалась здесь, и как я за это буду расплачиваться? Закон воздаяния - великий закон Вселенной.
Еще одно волшебное слово
Мадера тоже произвела на меня сильное впечатление. Ее здесь продают на каждом шагу.
В XIX веке остров объявили необыкновенным курортом, где излечивается целый список болезней. Но, кажется, дело здесь в другом. Не могли же европейские аристократы прямо заявить, что им нравится пить мадеру и сухую, и полусухую, и сладкую мальвазию в интерьерах Мадейры, поэтому говорили, что пребывание на этом острове увеличивает продолжительность жизни. Но, может быть, это и не выдумка. По крайней мере мы знаем двух знаменитых старцев, любивших мадеру и Мадейру, - Бернарда Шоу и Уинстона Черчилля.
Черчилль предпочитал сухую мадеру сорта серсиал - отличный аперитив, а Шоу полусухую верделью - золотистое вино великолепно с сырами. Какие же они разные, эти англичане! В детстве, читая «Былое и думы», я запомнила, что скрашивать сидение в кутузке (теперь столовая Института стран Азии и Африки) Герцену помогала мадера сорта буал - полусладкое превосходное вино с тонким вкусом и ароматом. Рассказывают, что Григорий Распутин очень уважал этот буал и начинал пить его с утра.
Я люблю рассказывать своим друзьям, что объявление независимости Соединенных Штатов было отпраздновано мадерой. Сам Джордж Вашингтон выпивал пинту мадеры за обедом ежедневно. И всегда добавлял: вот она, основа американской демократии! Вот так-то, а вы говорите - портвейн!
В дегустационном зале при заводике вин Henriques Henriques в 5 км от Фуншала, в поселке Камара де Лобуш, я прослушала вдохновенную лекцию про мадеру, попробовала все сорта, отметила тонкий вкус «Черчилля». В самом конце дегустации мне предложили поншу - делается она из рома, лимона и меда. Как в России все болезни лечатся водкой, так здесь - безотказное средство понша. Приканчивающий удар. Эта понша, однако, навела меня на мысль о сродстве наших с мадерьянцами характеров.
А может, они потомки славян?
Судите сами. В первый же день нас с фотографом повезли кататься на санях на горку Монте, что на окраине Фуншала. Внизу лежал город. Впереди - отполированный асфальт, смазанные полозья тобагана (так у них сани называются), двое мадерьянцев на запятках: якобы управляют, а по-моему, просто так катаются, мальчишки! Мимо проносятся виды Фуншала, от которых тоже захватывает дух. Назвался русским, полезай в сани. Про себя подумали: главное, вписаться в поворот, и как бы пригодилась бескомпромиссная понша для храбрости - после нее хоть с Джомолунгмы.
Второе сродство - медовый пирог, посыпанный орехами. Типичный тульский пряник, который так же хорошо вписывается в мадеру, как сани в крутой поворот.
Лихая езда по крутым, иногда почти вертикальным дорогам на скорости километров 80 в час - еще одна русская забава.
В общем, рукопожатия отменяются. Да здравствуют объятия между родственными народами!
Мадейра и Порту-Санту
В природе не найдется таких непохожих друг на друга островов, как Мадейра и Порту-Санту. Мадейра громоздится своими вулканическими, остроконечными горами вверх. Плоские места, поля для гольфа - наверху. Новенькие 4-и 5-звездочные отели почти влезают в океан, но пляжей не имеют, вместо них - небольшие молы, с которых сразу попадаешь в воду, и, конечно же, бассейны с пресной и соленой водой - с перепадами уровней и островками. Англичане от этого в восторге: все чисто, гигиенично, на морскую звезду не наступишь. Любители высыпать песок из пляжной сумки едут в Порту-Санту. 10 минут на самолете или 2 часа на корабле.
В Порту-Санту 9 км золотого песка и возможность почувствовать себя Робинзоном. Дом губернатора, в котором жил с молодой женой Христофор Колумб.
Ездить в Порту-Санту - ритуал. С утра садишься на корабль, через два часа валяешься на пляже, обедаешь в местном рыбном ресторанчике по-мадерьянски, то есть дешево и вкусно. Хиты острова - бифштекс из тунца и рыба эшпада, или рыба-сабля, с нежным вкусным белым мясом в банановом или манговом соусе. С вином на Мадейре не прогадаете. Мадеру можно пить до и после еды, а во время - прекрасные португальские вина из района Алентежу. И не обязательно к рыбе заказывать белое вино, это предрассудки. Некоторые марки сухих красных вин хорошо сочетаются с рыбой.
Возвращение на Мадейру очень эффектно. Солнце садится в океан, наплывает чернильная темнота, Фуншал лежит в заливе, весь усыпанный огнями, корабль медленно заходит в порт.
Рыбалка а-ля Хемингуэй
Даже если вы женщина, здесь, на Мадейре, у вас возникнет мысль о рыбалке. Во всех туристических брошюрах описывается прекрасная рыбалка на Мадейре, и это дистиллированная правда. Рыбу ловят в Атлантике, а не на какой-нибудь форелевой ферме. Не надо быть членом клуба рыбаков, не надо платить за лицензию, надо любить ловить. Лови сколько поймаешь. Вот они, под руками, голубые марлины по 500 кг весом, огромные тунцы и длинная, похожая на змею носатая рыба-сабля, за которыми гонялся по всему миру рыболов-спортсмен Хемингуэй.
Можно снять какую-нибудь лодку в порту Фуншала, а можно договориться с рыбаками в настоящей рыбацкой деревушке Камара де Лобуш в 5 км от Фуншала, у подножия самого высокого мыса в мире, как говорят мадерьянцы и этим страшно гордятся, но мы-то знаем, что он второй по высоте, зато самый красивый. Вот и господин Уинстон Черчилль это отметил. Приезжал сюда, садился с мольбертом и писал мыс Жирау, и темно-синюю океанскую воду, и яркие лодки рыбаков, лениво покачивающиеся в заливе, прихлебывая любимую мадеру. А может, он не пил за работой и, скорее всего, направлялся в находящуюся рядом винотеку и пил мадеру своего благородного возраста. Точно так же, как это сделала я, вернувшись с удачной рыбалки. У бронзовой доски «Здесь был Черчилль» все фотографируются.
Так вот, вернувшись с удачной рыбалки, я увидела, что почти все мужское население деревни (хотя какая это деревня - с красивой церковью, банком, почтой, супермаркетом и отличным рестораном) собралось на единственной площади у фонтана и что-то жарко обсуждает. Может, новый закон? Нет, объяснили мне, просто рыбаки вернулись с удачной ночной рыбалки, продали рыбу и теперь будут тратить свои деньги. Это в 9-то часов утра! Сродство душ, как ни крути.
Левады и пики
Пробовать мадеру - самая творческая работа, увлекаешься, а потом тебе говорят: завтра пойдем в горы смотреть левады. Можно, конечно, отдохнуть у бассейна, и это будет восхитительно: комфорт, сервис, доброжелательность, выучка, которые все реже встречаются в Европе. Но мне объяснили, что не побродить по горам, не увидеть левады - это как быть в Париже и не увидеть Эйфелеву башню. Пойду, пройдет полчасика, скажу: сердце, почки, печень, вернусь к бассейну. Наша маленькая группа, состоящая из Виктории - великолепной русской гидессы и переводчицы, фотографа, меня и местного проводника, подхватив рюкзачки с едой и фонарики, двинулась в горы. Наша цель - водопад.
Сначала мы шли среди зарослей гортензий, из-за железистой почвы покрытых цветами синего цвета. Они были гигантских размеров. Здесь все было гигантских размеров: кусты превращались в деревья, а скромные европейские цветочки - в огромные кусты, листья эвкалиптов больше походили на ятаганы в натуральную величину. Наконец мы очутились в третичном периоде. Доледниковые мхи и лес - знаменитая лаурисильва.
Проводник оказался энтузиастом своего дела, искренне веселым англичанином. Стало понятно, что, если бы я и захотела вернуться с тропы, ничего бы не вышло, так сильно он желал показать нам чудо света лаурисильву и все захватывающие виды. Полчаса давно прошло, а я забыла, что хотела вернуться. С каждым шагом сил только прибавлялось. Слева шла скала, справа, естественно, пропасть. Но какая страшная своей глубиной, километра полтора, и ужасно красивая. На узкой тропе от свободного полета отделяли тоненькие железные прутики с натянутой на них проволочкой. А вы ищете экстремальный туризм! Вдоль тропы шел желоб, по которому текла чистейшая вода. Вот они, левады, показал нам проводник, - оросительные каналы в горах, привет из XV века.
По грандиозности строительства левады можно сравнить с египетскими пирамидами. Гигантские потоки воды перебрасывают с севера на юг по этим каналам, вырубленным в базальтовых скалах, рядом проходит тропа для людей. Дождевая вода, впитанная мхами, лесом, собирается в желобах. Один квадратный метр лаурисильвы отдает 30 литров воды в день!
Мы шли вдоль левад, время от времени пили чистейшую воду, проходили скрючившись через небольшие, но длинные тоннели, вырубленные в скалах, наконец пришли к водопаду, падающему в небольшое озерцо. Вскоре к нему сбежались все туристы. Невиданный аттракцион - наш фотограф плавал в ледяной воде. Мадейра еще не видела такого! В общей сложности мы прошли туда-обратно 17 км, но к вечеру были готовы снова дегустировать мадеру.
Таких троп на Мадейре множество. Некоторые туристы приезжают только из-за них и еще из-за пиков Мадейры.
Их несколько, самые высокие Пику Руйву («Рыжий»), 1860 метров, и пик Ариэйру («Воздушный»). Около последнего не выдержал наш фотограф и попросил снять его на фоне пропасти и океана внизу, я еще забыла про облака под ногами. Вот такой набор. А меня загнал на край скалы, иначе у него кадр не выстраивался. А когда я закачалась, он не бросился спасать меня, а продолжал снимать - вот профи... Захотелось сказать несколько нестандартных фраз. Нас примирил ужин, где мы занялись привычным делом: обсуждали достоинства сортов мадеры и решили, что на следующий день снова пойдем в горы.





Дополнительно


Copyright © 2010-2019 AtlasMap.ru. Контакты: info@atlasmap.ru При использовании материалов Справочник путешественника, ссылка на источник обязательна.